Category: происшествия

Булгаков и нобелевский лауреат

Заметил ли кто-нибудь, что начало «Мастера и Маргариты» – пародия на начало «Смерти в Венеции» Томаса Манна (1911)?..
Collapse )Мир берлиозов, как и строгий «аполлонический» мир эшенбахов, рушится после встречи с несколькими жуткими незнакомцами. Трагической серьезности «Смерти в Венеции» противостоит булгаковская сатира. Впрочем, и «Волшебная гора» первоначально задумывалась Манном как сатирическая и комическая новелла, призванная оттенить мрачность «Смерти в Венеции», но разрабатывающая те же темы.
Ашенбах, великий писатель, погибает, погрузившись в пучины хаоса – страсти и смерти, и тем, по замыслу автора, показывает высшую верность своему призванию как художника. Берлиоз, спеша сообщить о Воланде «органам», погибает под трамваем, верный своему истинному «призванию» – стукачеству.

Слухи о смерти русского партитива преувеличены

В "Русской грамматике-1980" пишут, что непартитивные употребления партитива (родительного 2-го), т.е. с боку на бок, для виду, без толку, ни разу, с испугу, ходу нет и т.п. - все непродуктивны и привязаны к фразеологизмам, и вообще-де этот падеж на последнем издыхании. Но вот свежий пример:
Ю. КОБАЛАДЗЕ: Зачем тогда это нужно было? [затея с партией Прохорова ]
С. СОРОКИНА: Для спектру.
М. КАСЬЯНОВ: Для спектру.

Жаль, в корпусах не размечаются относительно недавние и совсем недавние заимствования. На них продуктивность видна
.

Из Вильсоновой Трагедии The City of the Plague

Кажется, недосягаемо лучший стихотворный перевод с английского:

I rise to give, most noble President,
The memory of a man well known to all,
Who by keen jest, and merry anecdote,
Sharp repartee, and humorous remark
Most biting in its solemn gravity,
Much cheer'd our out-door table, and dispell'd
The fogs that this rude visitor the Plague
Oft breathed across the brightest intellect.Collapse )