Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Два гренадера

В 1819 г. студент Боннского университета Генрих Гейне написал стихотворение «Гренадеры», которое потом положил на музыку Роберт Шуман. Его мрачный смысл почувствовали и Шуман, и позднее Мусоргский, давший в финале «Полководца» леденящую душу пародию на эту песню.
Второе пришествие – на боевом коне в грохоте пушек и сверкании мечей – чудотворца-императора воскрешает из мертвых его солдата, и тот Collapse )

Вспомнилось

Процессия удалилась, и путь был свободен. Портос и д'Артаньян направились прямо к епископскому дворцу, окруженному толпой, которая жаждала присутствовать при возвращении прелата. Д'Артаньян заметил, что толпа эта состояла главным образом из горожан и военных. Он узнал в этом обычную ловкость своего друга. В самом деле, Арамис не принадлежал к числу людей, ищущих бесполезной популярности. К чему была ему любовь ни на что не нужных приверженцев? Женщины, дети, старики, эти обычные спутники пастырей, не составляли его свиты.
Десять минут спустя оба друга переступили порог епископского дворца.
Арамис вернулся точно триумфатор. Солдаты салютовали ему оружием как начальнику, горожане кланялись скорее как другу и покровителю, чем как главе церкви. В Арамисе было что-то напоминавшее римских сенаторов, в домах которых всегда толпились клиенты... Медленно затворились за ним двери, и толпа рассеялась, но пение и молитвы еще звучали. Был прекрасный день. К морскому воздуху примешивался аромат земли. Город дышал счастьем, радостью, силой. Д'Артаньян точно чувствовал присутствие незримой всемогущей руки, которая создавала эту силу, эту радость, это счастье, разливая всюду аромат.
Александр Дюма-отец, "Виконт де Бражелон", глава 24.

Неожиданное

Рассказывают, что Борис Николаевич был очень удивлен, когда ему доложили, что после победы оснащенной им абхазской армии из Абхазии бежало все грузинское население.
Типа не хотели так, черт его знает, как-то само собой получилось.
В Южной Осетии грузин, кроме пленных и нескольких беспомощных стариков в брошенных селах, как я понимаю, уже нет.
В маловероятном случае успеха грузинской армии Егор Егорович, верно, так же бы удивился насчет осетин.

Новое о Потопе. Жирик, Wunderwaffen и "Армада".

А он как будто околдован,
Как будто к мрамору прикован,
Сойти не может. Вкруг него
Вода — и больше ничего.
Пушкин, «Медный всадник»

Из «Багдадского обращения» В.В. Жириновского к Джорджу Бушу, сентябрь 2002:
Тебе наш президент это ясно по-русски сказал:
Не сметь стрелять по Багдаду!
Лучше вместе …нем по Тбилиси.
По Баку.
Другие города.
Мы найдем цели на этой земле.
Столько земли, б… !..
Хочешь, Австралию на… опустим, б…,
на дно океана?..
Давай!
У нас есть оружие, б…:
ночью
наши ученые
чуть-чуть изменят
гравитационное поле земли,
и страна твоя будет под водой.
Двадцать четыре часа, б… , –
и вся – твоя – страна – будет – под водой
Атлантического и Тихого океана!

Из «маленького романа» Ильи Бояшова «Армада», СПб, «Амфора», 2007:
План был исключительно прост – под видом дружественного визита снарядить корабли, подойти к Америке и накрыть ее термоядерным залпом – страшно и навсегда…
– На нас заранее поставили крест, – браво заявил [Адмирал] дежурному Первому флаг-капитану, откровенному и наглому лизозаду… – Разумеется, нас накроют с какой-нибудь недобитой базы, но зато какой жирный след мы оставим в истории. Мы прихлопнем их, как клопов, – от Техаса и до Аляски! Вы были в Техасе? Я был… Какое там пиво! Я участвовал в родео. Славные были денечки…
И захохотал так, как может хохотать только человек с чистой совестью...
Ах, как было бы славно – ударить и самим взлететь на воздух! К этому заранее готовились, этого ожидали. Однако, когда корабли на полных парах уже понеслись к Нью-Йорку, случилось невероятное.
Вахтенные линкора первыми осознали ужасную истину – одновременно провалились куда-то целые материки. Африка, Евразия, Австралия, остров Пасхи и Гавайи не подавали больше о себе никаких вестей. Испарились Канары и Сейшельские острова. Подобно Атлантиде растворился Цейлон. Радиоэфир замолчал, как поперхнувшийся… Более того – небо свихнулось: солнце полетело в обратном направлении, звезды перемешались, как в разбитом калейдоскопе… Монотонный шум волн да брачные стоны китов – вот все, что осталось от мира… Теперь Адмиралу, по всей видимости, не дано было стяжать лавры Ямамото: все, что подлежало уничтожению, само смылось без всякого следа – океан гулял на том месте.

Отказ от диалога

Ничего не могу с собой поделать — всю жизнь восхищаюсь этим ответом:

'Cap'n Silver! Don’t know him. Who’s he?' cried the captain. And we could hear him adding to himself: 'Cap'n is it? My heart, and here's promotion!'
Long John answered for himself.
'Me, sir. These poor lads have chosen me Cap'n, after your desertion, sir' — laying a particular emphasis upon the word 'desertion'. 'We're willing to submit, if we can come to terms'…
…'If you'll come up one by one, unarmed, I'll engage to clap you all in irons, and take you home to a fair trial in England. If you won't, my name is Alexander Smollett, I've flown my sovereign's colours, and I'll see you all to Davy Jones.'

— Капитан Сильвер! Не знаю такого. Кто это? — крикнул капитан. И мы услышали, как он прибавил вполголоса:
— Капитан, вот как? Ничего себе повышение!
Долговязый Джон ответил сам:
— Это я, сэр. Эти бедняги избрали меня капитаном после вашего дезертирства, сэр, — он сделал особое ударение на слове «дезертирство». — Мы охотно подчинимся, если только получится договориться с вами…
— Если вы выйдете поодиночке и без оружия, я обязуюсь заковать вас всех в кандалы и вернуть домой для справедливого суда в Англии. Если нет, — меня зовут Александр Смоллет, я поднял тут стяг моего государя и отправлю вас всех к Дэви Джонсу.

Davy Jones — морской дьявол, как и в "Пиратах Карибского моря", а, может быть, просто сходно звучащий эвфемизм. Моряки — народ суеверный.